Мы не можем с уверенностью подтвердить, насколько эта практика распространена сегодня, однако на данный момент в различных университетах РФ обучаются около двухсот граждан Литвы. Следственно часть из них находится в определенной зоне риска – они могут попасть в поле зрения представителей ФСБ, имеющих все возможности оказывать давление на молодых людей.
Что такое вербовка?
Российское законодательство не дает определения этого термина. Вербовка – склонение человека к негласному сотрудничеству с правоохранительными органами. В статьях 17 и 18 Федерального закона "Об оперативно-розыскной деятельности" (ОРД) говорится, что есть "отдельные лица", которые "могут с их согласия привлекаться к подготовке или проведению оперативно-розыскных мероприятий с сохранением по их желанию конфиденциальности содействия органам, осуществляющим оперативно-розыскную деятельность, в том числе по контракту".
В России вербовкой на законной основе могут заниматься семь оперативных подразделений, указанных в статье 13 закона об ОРД. Это ФСБ, МВД, ФСО, таможня, ФСИН, СВР и ГРУ Минобороны. У всех, кроме полиции и органов госбезопасности, сферы полномочий ограничены. На практике для частных лиц основной риск склонения к сотрудничеству исходит именно от них. При этом склонять к сотрудничеству в реальности могут не только сотрудники органов, но и агенты – те, кто ранее согласился сотрудничать.
![ФСБ](https://images.delfi.lt/media-api-image-cropper/v1/4cff4920-7d83-11ed-b50f-6fa38dc383a6.jpg?noup&w=400)
В законе об ОРД прописано, что нельзя вербовать адвокатов, депутатов, судей, прокуроров, священников, несовершеннолетних, недееспособных. Склонение людей к сотрудничеству, равно как и приказы, регулирующие эту деятельность, относятся к государственной тайне. Если люди, имеющие доступ к такой информации, ее разглашают – это преступление.
Шпион, выйди вон
Несмотря на то, что большинство литовских абитуриентов поступают в отечественные и европейские вузы, высшие школы или коллегии, есть и те, кто отправляется учиться в Россию. Преимущественно это выпускники школ с русским языком обучения, поступающие по специальной программе "Соотечественники". Кто-то из них после получения диплома возвращается домой, другие переезжают в страны Евросоюза, но некоторые остаются.
Наша героиня Тамара Шамова (имена всех участников этой истории изменены в интересах собеседников, настоящие имена и фамилии редакции известны) была одной из тех, кто решил воспользоваться преимуществами российской учебной программы для соотечественников. Система такова, что от интересантов не требуют сдавать вступительные экзамены, достаточно лишь представить оценки за первое полугодие 12-го класса и аттестат зрелости, однако средний балл должен быть высокий – не меньше 8,5. Тамара поступила в Балтийский федеральный университет имени И.Канта. История о том, как ее пытались завербовать, имела место 7-8 лет назад.
"Все это происходило на втором или третьем курсе… Насколько я помню, тогда в деканате просто сказали, что в определенное время нужно будет подъехать в административный корпус университета – в какой-то кабинет", - повествует собеседница.
На вопрос о том, поинтересовалась ли она, с какой целью ей нужно туда прийти, Тамара ответила, что это не было предложением, а, скорее, руководством к действию.
![Kaliningradas](https://images.delfi.lt/media-api-image-cropper/v1/72d79cd0-7d1d-11ed-a027-29ed55e34c8c.jpg?noup&w=400)
"Если вы спрашиваете, как это обосновывали, то я уже и не помню. Может, просто преподнесли, как обязательство для иностранных студентов. Когда я подъехала, меня проводили в малюсенький кабинет, там только стол поместился, с одной стороны которого сидел дядечка лет 50-ти", - говорит Тамара.
По ее словам, мужчина не представился, но он был в военной форме.
"Он не говорил, что из органов, но об этом говорила его форма. Я не совсем разбираюсь в звездочках и погонах, но, скорее всего, это была военная форма – точно не полицейская", - подчеркнула собеседница.
Тамара полагает, что сотрудник хотел предложить ей некое взаимовыгодное сотрудничество. Поскольку она хорошо училась, была активной студенткой и, помимо прочего, гражданкой страны Евросоюза, которая регулярно бывает и в Литве, в России, то, возможно, она представляла для спецслужб определенный интерес. Кроме этого, она изучала специальность социального толка.
"Сначала он сказал, что они хотели со мной поговорить, потому что у меня хорошие оценки, и им бы было интересно, если бы я поработала с ними… Спрашивали про здоровье, про планы на жизнь, хочу ли семью или же карьера для меня важнее", - сказала она.
Наша героиня утверждает, что все разговоры о потенциальной "работе" ей удалось свести на нет, поскольку она сразу сказала, что в будущем в первую очередь нацелена на семью, а не на карьерный рост, поэтому "помощь в продвижении" ее не интересует.
"Я так поняла, что я их не особо заинтересовала, так как говорила, что хочу семью и все такое. После этого меня больше не беспокоили, но я знаю, что были люди, которых вызывали несколько раз. Этот мужчина говорил очень расплывчато – ничего конкретного. Кроме какой-то работы и карьеры в Москве ничего не обещал и не упоминал", - пояснила Тамара.
Отметим, что сегодня Тамара бывает в России крайне редко, она работает и постоянно проживает на территории государства-члена Евросоюза.
Товарищ майор
Другая героиня нашей истории София Полунина. На правах анонимности она так же рассказала нам свою историю "вербовки", которая имела место уже не в Калининграде, а Санкт-Петербурге. В 2008 году после окончания школы она решила переехать в культурную столицу, поступив в Санкт-Петербургский государственный институт кино и телевидения. На тот момент это был второй по значимости вуз в стране, курировавший это направление.
В отличие от предыдущей собеседницы, общение Софии с представителями российских спецслужб продлилось значительно дольше, но сама история о привлечении к сотрудничеству, по ее словам, получилась довольно анекдотичной. Дело в том, что сотрудник госбезопасности нередко злоупотреблял алкоголем и жаловался ей на въедливую родню и нелегкую долю разведчика.
"История началась, когда шел второй семестр первого курса – это была весна. Мне лично позвонили из деканата, попросив, чтобы я к ним зашла – они подчеркнули, что очень хотят меня видеть, но не назвали причину. Когда я пришла, мне представили молодого мужчину лет 35-ти, сказав, что он хочет со мной пообщаться, и что это очень важно. Меня попросили последовать за ним и провели в странное полуподсобное помещение", - говорит она.
![](https://images.delfi.lt/media-api-image-cropper/v1/05f1d040-7368-11ed-ba86-dbedd85c58c5.jpg?noup&w=400)
По ее словам, мужчина сразу сказал, что он сотрудник госбезопасности.
"Он начал ходить кругами и задавать пространные вопросы, мол, знаю ли я о работе спецслужб, что это такое, и чем они занимаются", - вспоминает София, говоря о том, что отреагировала на это с юмором, перехватив инициативу диалога в свои руки.
Она рассказала, что в свое время ее деда так же пытался завербовать КГБ, но попытки оказались тщетными, поэтому у ее семьи, мол, в крови высокая сопротивляемость ко всякого рода манипуляциям со стороны спецслужб.
"Он даже назвал мне свое звание. По-моему, он был майор. В целом он производил впечатление довольного вменяемого человека – с хорошей речью... Со всех других сторон, как персонаж, он раскрылся уже позже. Конечно, я не собиралась ему ничем помогать и раскрывать какие-то государственные тайны, хотя бы потому, что я вообще крайне далека от политики и всех таких штук и никаких тайн не могу знать априори, но согласилась с ним общаться от случая к случаю. Мне показалось все это интересным и довольно забавным", - делится воспоминаниями собеседница.
Интересовались отношением к России
На вопрос о том, чего хотел молодой человек из органов, София говорит, что его интересовали вопросы литовско-российских отношений.
"Его волновали очень общие вопросы… Например, он спрашивал: "А какое отношение у вашей страны к России?". Все это было довольно нелепо, но я сидела с умным лицом и многозначительно кивала. Он даже дал мне подписать какую-то бумажку о неразглашении. Собственно говоря, я ее подписала, подтвердила, что в случае чего мы с ним не знакомы, после этого он дал мне свой номер телефона, я дала ему свой и все. На пару месяцев я забыла о его существовании, он появился ближе к летней сессии – позвонил сам и сказал, что хочет встретиться", - говорит она.
Наша собеседница рассказывает, что в то время жила в Купчино, в одном из самых отдаленных районов от центра города, поэтому тот предложил ей дождаться его неподалеку от общежития.
"Я не собиралась никуда ехать, но этот майор сказал, что может подъехать ко мне – подъехать и покормить. Мы встретились в каком-то непримечательном кабаке в моем районе у общаги – в характерном пивбаре. Я, как настоящий голодный студент, сказала, что меня все устраивает и была совершенно не против перекусить. Он приехал на хорошей модной дорогой тачке, забрал меня и мы поехали в этот бар", - повествует София.
![](https://images.delfi.lt/media-api-image-cropper/v1/8b10ae00-7236-11ed-ba86-dbedd85c58c5.jpg?noup&w=400)
По ее словам, вербовщик интересовался литовской прессой.
"Он спрашивал, не могу ли я привезти из Литвы какие-нибудь печатные издания, чтобы они могли изучить, что пишут и как относятся к России литовские средства массовой информации. Видимо, сетевые издания тогда только набирали обороты и еще не так глубоко проникли во все сферы нашей жизни. Грубо говоря, мужику был нужен какой-нибудь "Литовский курьер" на русском… В общем, в итоге я ему так ничего и не привезла", - говорит героиня.
Сотрудник госбезопасности задавал вопросы о том, чем живут русские Литвы, не испытывают ли они каких-то трудностей, не подвергаются ли гонениям со стороны государства и титульной нации.
"Тогда я ему объяснила, что лично ко мне относятся нормально, я росла в русскоязычной семье, училась в школе с русским языком обучения, а русские Литвы не ходят группками, чтобы их, не дай Бог, никто не побил. То есть развеяла его какие-то туманные представления о притеснениях. Приходилось объяснять человеку, что в Питер я поехала учиться не потому, что меня в чем-то ущемляют, а потому, что меня интересовали сам вуз, и киноиндустрия, да и саму себя мне тяжело характеризовать как русскую, я – русскоязычная, как и абсолютное большинство других "русских" в Литве, а это немного разные вещи", - делится подробностями беседы София.
Пьяные звонки
Собеседница подчеркивает, что далее события развивались вяло. После сессии она уехала домой на каникулы и вернулась в Петербург уже осенью, но тогда и началось самое интересное.
"Осенью он опять мне позвонил и, судя по голосу, был пьяным в коромысло. Реплика при этом звучала та же самая – "надо встретиться и поговорить". В общем, этот мужик приезжает к моей общаге – пьяный в дупель... Я сажусь в его машину, и он начинает мне 40 минут рассказывать слезные истории о своей сложной жизни, о том, как у него все плохо. О том, что у него проблемы с девушкой, что ему нужно жениться, а голова забита тем, что его недавно куда-то там вызывали трупов забирать. Я сижу и понимаю, что не я, а он разглашает мне какие-то тайны и делится спецификой своей работы", - с иронией вспоминает София о периоде своего общения с сотрудником российской госбезопасности.
![Telefono šnipinėjimas](https://images.delfi.lt/media-api-image-cropper/v1/df960000-7bb5-11ed-a628-f15cb6709fa2.jpg?noup&w=400)
По ее словам, такие пьяные звонки продолжались еще на протяжении двух месяцев.
"Он грустно рассказывал мне о том, как его служба и опасна, и трудна, жаловался на жизнь, периодически подкармливал меня, а на третьем курсе я решила сменить телефон, и он меня потерял. Самое смешное, что на последнем курсе я как-то видела его, когда шла по коридору – он общался с каким-то студентом. Тогда он вдумчиво и пристально на меня посмотрел, я ему кивнула и быстренько ретировалась. На этом история нашего общения закончилась. Подозреваю, что он нашел себе новую жертву", - подытожила свой рассказ София.
Риск очевиден
Доктор наук Нериюс Малюкявичюс, преподаватель Института международных отношений и политических наук при Вильнюсском университете (ВУ), считает, что существует реальный риск давления на студентов-выходцев из Литвы со стороны иностранной разведки. Будучи исследователем, он специализируется на российской проблематике, медийных конфликтах и информационной войне. В разговоре с нами эксперт отметил, что сообщения о попытках вербовки литовских граждан в России его не удивляют.
"Некоторое время назад Департамент государственной безопасности (ДГБ) даже выпустил небольшой ознакомительный фильм, где рассказывается об аналогичных случаях, о которых вы упомянули. Там даже говорится о попытках вербовки студентов, находящихся в Литве. Насколько я понимаю, они основаны на реальных событиях", - говорит наш собеседник.
По словам преподавателя, он не удивлен тем, что российские спецслужбы пытаются завязать связи с молодыми студентами из Литвы. Поскольку герои нашего материала рассказывают о событиях, имевших место 7-8 лет назад, в том числе и в Калининграде, Нериюс Малюкявичюс напоминает, что именно в это время произошел своеобразный "шпионский скандал", косвенно связанный с БФУ им. И.Канта.
![Nerijus Maliukevičius](https://images.delfi.lt/media-api-image-cropper/v1/2a6e8590-7a97-11ed-9275-cbd3a139dd23.jpg?noup&w=400)
В 2012 году в список лиц, которым запрещен въезд в Литву, внесли директора Института балтийских исследований БФУ им. И.Канта Вадима Смирнова. В ДГБ Литвы утверждают, что Смирнов под видом журналиста, исследователя и достаточно видного общественного деятеля в Калининградской области собирал информацию, войдя в тесный контакт с целым рядом литовских политиков и политологов, сотрудничая при этом с российскими спецслужбами. Сам россиянин говорил, что пишет диссертацию о политическом истеблишменте балтийской республики. До упомянутого скандала его комментарии и авторские статьи о политической ситуации в Литве не раз появлялись и в российской, и в литовской прессе. Кстати, с 2013 года Смирнов покинул Калининград – он получил назначение в Администрации президента Владимира Путина.
Таким образом, Нериюс Малюкявичюс допускает, что в те годы сотрудникам российской разведке дали задачу активизироваться на литовском направлении, а университеты просто использовались как прикрытие.
"Возможная вербовка молодых перспективных людей и последующее их использование в разведывательной деятельности всегда были лакомым кусочком для самых разных спецслужб. Достаточно вспомнить историю о так называемой "кембриджской пятерке" - группе английских студентов-интеллектуалов, завербованных в 30-е годы советской разведкой. В 40-е и 50-е годы эти бывшие студенты занимали высокие посты в британской контрразведке, МИД, разведке, включая MИ-6. Долгие годы они работали на СССР. Подобные истории и начинаются с университетской скамьи", - констатировал собеседник.
Эксперт утверждает, что талантливые русскоязычные ребята из стран Балтии вполне могут вызывать определенный интерес у российских спецслужб.
"Говоря о наших студентах, очевидно, что риск существует. Россия дает достаточно легкую возможность поступить в университеты представителям русскоязычной молодежи стран Балтии. Насколько я понимаю, для этого нужен хороший аттестат… Это уже иллюстрирует то, что внимание российских спецслужб так или иначе нацелено на перспективных молодых людей", - резюмировал Нериюс Малюкявичюс.
В Литве не дремлют
Отечественные специалисты, курирующие вопросы национальной безопасности, в лице аналитиков ДГБ отмечают, что не удивлены подобными инцидентами. В открытых отчетах ведомства об оценке угроз также довольно часто говорится о риске вербовки со стороны сотрудников иностранных спецслужб. В апреле 2017 года академическое сообщество всколыхнула история о российском агенте, который под видом то дипломата, то бизнесмена регулярно посещал различные мероприятия, семинары и конференции в ВУ, пытаясь завязать связи с местными студентами и политиками. В итоге Институт международных отношений и политических наук при ВУ даже опубликовал открытое обращение, предупредив студентов об угрозе столкновения с потенциальными шпионами.
"Мы заметили, что институтские мероприятия посещает и лицо, зафиксированное в отчете ДГБ. (…) Поэтому мы призываем все сообщество Института критически оценивать просьбы людей о том, чтобы делиться с ними информацией. Простой контакт, на первый взгляд, невызывающий никаких подозрений, может означать то, что сотрудник российской разведки хочет как можно больше узнать о вас, ваших взглядах, слабостях. У вас могут поинтересоваться о письменных трудах студентов или их дипломных работах, попросить поделиться имеющейся информацией и так далее. Давайте будем бдительными, защищая себя и государство", - говорилось в обращении вуза.
![](https://images.delfi.lt/media-api-image-cropper/v1/e3c965f0-71f0-11ed-bb3e-a7851f6ccff7.jpg?noup&w=400)
Еще в марте 2014 года ДГБ указывал на то, что в перечень "главных целей российских разведслужб в Литве" входят, помимо всего прочего, "перспективные студенты, молодые политики и ученые".
В октябре 2016 года ДГБ запустил информационную кампанию в Интернете и социальных сетях, публикуя короткие видеосюжеты, рассказывающие о реальных попытках вербовки граждан Литвы со стороны иностранных спецслужб. В одном из них показали литовского студента, который поведал, что на одной из конференции с ним завязал контакт "подозрительный тип". Позже они встретились в баре, где он не только активно расспрашивал его об академической карьере, но и предлагал своеобразную помощь – продвижение по карьере. У молодого человека появились серьезные сомнения относительно намерений "новых друзей". В конце концов, выяснилось, что его, возможно, пытались завербовать иностранные агенты, о чем он и рассказал местным сотрудникам из госбезопаности.
В рамках неофициальных разговоров в ДГБ обращают внимание на то, что государство не препятствует решению литовских абитуриентов получать образование в Российской Федерации, однако подчеркивают, что риск существует, и выходцам из Литвы необходимо сохранять бдительность, поскольку "целью вражеских разведслужб может стать каждый гражданин Литвы". Об этом еще три года назад говорил гендиректор ДГБ Дарюс Яунишкис. С тех пор ситуация не изменилась.